Украина
22 июля 2019 г.
Украина: драма продолжается
14 ФЕВРАЛЯ 2014, ЛИЛИЯ ШЕВЦОВА
Нажмите на картинку, для того, чтобы закрыть ее


Каждая эпоха запоминается благодаря определенному событию, которое в концентрированной форме отражает возникшие в тот момент вызовы и способность обществ и их элит ответить на них. Сегодня Украина стала таким событием для нашего времени. Процессы, происходящие в этой стране, высветили не только проблемы, которые встают перед обществом, решившим выбраться из исторического тупика, но и исчерпанность опробованных рецептов такого выхода, которые были успешными в предыдущие полвека. Так, аксиома «общественный протест-раскол элиты-пакт оппозиции и реформаторов в старом правительстве» в нынешней Украине пока не сработала. Украина двинулась искать выход по неизведанной целине, и последствия этого пути непредсказуемы.

Тем временем, международная ситуация вокруг Украины только осложняет ее путь. Беспомощность Европы и равнодушие США возвращают нас к, казалось, невозвратимо ушедшей геополитике и разделу сфер влияния — к Ялтинскому миру! Понятно, в какую сферу влияния обречена выходить Украина! Словом, Украине не повезло — украинцы пытаются вырваться из прошлого, когда даже Запад предпочитает искать убежище в нем. Мы живем в мире, в котором самым успешным (даже по мнению многих западных наблюдателей!) лидером оказался Путин. В мире, в котором Меркель пытается избежать любого выбора, а Обама стремится спрятаться от любых решений. В мире, в котором Олланд вызывает недоумение, Камерон — не побуждает желания задавать вопросы, а что такое ЕС — нет необходимости вообще вспоминать. Мутное время, господа. Время политических сумерек.

И именно в это время Майдан упорно продолжает стоять как упрек окружающему миру, напоминая о равнодушии одних и цинизме других. «Украинцы должны сами решить свои проблемы», — твердят все вокруг. Теоретически — да! Но как украинцы могут решить свои проблемы, если тупик, в котором оказалась Украина, во многом (а может быть, и в решающей степени) является следствием существования международного фактора, который беспрепятственно оперирует на украинском внутреннем поле. Да еще и претендует выступать в роли судьи и модератора! Я говорю, конечно, о Кремле. Не будь этого внешнего игрока на украинском поле и связанного с ним мощнейшего пророссийского лобби в Украине, события там, скорее всего, развивались бы по другому сценарию. Неужели Янукович продолжал бы цепляться за власть, не будь у него российской финансовой поддержки? Поэтому все, что сейчас происходит в Украине, включая и радикализацию Майдана, и неспособность политической элиты сформировать новое правительство, и приближающуюся экономическую катастрофу, и потерю управления страной — все это следствие не просто нависания над Украиной державы с вполне определенными и откровенно выражаемыми амбициями. Это и результат прямого внешнего влияния на украинские процессы. Недаром С. Лавров заявил: « Мы делаем все(!), чтобы стабилизировать ситуацию в Украине». Для тех, кто знает российско-советскую историю, не нужно чрезмерного воображения, чтобы понять, что это «все» может в себя включать. Статья российского министра иностранных дел («В понимании ЕС и США «свободный» выбор за украинцев уже сделан») в «Коммерсанте» является подтверждением стремления Кремля дать оригинальную трактовку не только «европейских ориентиров», которые, оказывается, «должны быть продуктом взаимного согласия», но и «свободного выбора украинского народа». Так вот эту «свободу» Лавров понимает как отказ Украине в праве на европейский выбор. Эта «свобода» должна означать лишь безальтернативное нахождение Украины в российском «геополитическом пространстве». О чем Лавров воинственным тоном и предупреждает Запад и Европу.  

Поэтому можно предположить, что наличие «третьей силы» деформирует логику украинских процессов. Но есть и некоторые закономерности, которые, скорее всего, проявились бы и при отсутствии «третьей силы». Эти закономерности вносят немало нового в понимание того, как на новом этапе могут разворачиваться трансформационные процессы, заставляя нас отказаться от некоторых привычных клише. Итак, по порядку.

Украина показала исчерпанность постсоветской модели развития, которая характеризуется наличием патерналистского государства и тяготением лидера к самодержавию (я об этом писала в «ЕЖе» 6 декабря 2013г.). За исключением государств Балтии, эта модель оказалась доминирующей на постсоветском пространстве. Сам этот факт заставляет момент распада СССР в 1991 г. и то, что за ним последовало в России и большинстве других постсоветских республик, рассматривать не как революцию, а как способ воспроизводства самодержавия без коммунистической легитимации. Украина оказалась самым слабым звеном, и именно здесь произошел первый системный кризис постсоветизма.

Мы видим в Украине подтверждение другой, на сей раз глобальной тенденции, которая заключается в том, что общественный протест опережает консолидацию оппозиции. Более того, общественный взрыв застает оппозицию врасплох, как это произошло в самых разных странах — от Турции до Бразилии, от Болгарии до Таиланда. Так и гражданский Майдан возник без участия оппозиции; а сейчас Майдан развивается практически без ее руководства. Эта реальность является неприятной неожиданностью не только для власти, но и для оппозиции!

Украинские события разрушают популярный в России стереотип, согласно которому общественный протест должен привести режим к обвалу. Украинский Майдан не смог пока заставить власть ни рухнуть, ни мирно уйти. Возникла ситуация гражданского противостояния, и в стране начинает формироваться двоевластие. Скорее всего, это не уникальный сценарий для постсоветской реальности. Сама логика постсоветского авторитаризма уничтожает шансы «бархатных» перемен и усиливает угрозу конвульсий и революционных потрясений.

Украина заставляет поднимать и вопрос о попытках власти сохранить себя через раскол страны. Все разговоры о федерализации Украины внутри пророссийского лобби (и его поддержки в России) имеют очевидную задачу — попытаться найти способ сохранить контроль хотя бы за частью страны, «сбросив» мятежные регионы либо пытаясь отторгнуть от страны регионы с традиционалистским населением. Аналогичный сценарий не исключен и в других постсоветских государствах.

Все предыдущие успешные демократические трансформации происходили при той или иной поддержке Запада. Европеизация Восточной Европы и Балтии произошла при непосредственном участии Европы. Сейчас на европейском континенте движение к свободе европейской нации впервые происходит при относительном равнодушии западных политических кругов. Возможно, мы имеем дело с временным параличом евроатлантической цивилизации. Но не исключено — это более устойчивая тенденция. Скорее всего, другим обществам, которые встанут на путь реформ, нужно будет исходить из того, что Запад начнет им помогать только тогда, когда исход борьбы станет очевиден.

Можно сделать и еще один вывод. Европа без подталкивания Вашингтона не может стать активным международным актором. Вывести ЕС из политической летаргии могла бы только Германия либо сотрудничество Германии и Франции, которое, собственно, в свое время привело к созданию единой Европы. Между тем, Германия, как и Европа в целом, оказалась не готова к украинской революции. А сейчас Берлин не готов к угрозе гражданской войны в Украине и даже подрыва украинского государства. Правда, кажется, внутри германского истеблишмента возникло ощущение серьезного беспокойства. Об этом говорят риторические подвижки в недавнем заявлении президиума ХДС и высказываниях министра иностранных дел Штайнмайера, который вдруг заговорил об «угрозе санкций» в отношении украинской власти, если та продолжит игнорировать гражданские права. Учитывая обычный политический словарь Берлина, эти высказывания выглядят революционно! Президент Германии и удивительный человек Иоахим Гаук прямо заявил: «Тот, кто бездействует, тот несет ответственность… Последствия бездействия бывают не менее, а то и более серьезными, чем последствия действий». Это заявление многими, и в самой Германии тоже, воспринято как критика бездействия Берлина в отношении Украины. Правда, пока риторический прогресс германских политиков не приобрел практического воплощения. Да, Берлин начал хмуриться, глядя на Украину (и возможно, даже глядя на Кремль), но продолжает стоять безучастно. Во всяком случае, нет никаких явных признаков того, что Берлин действует…

Учтем и то, что для авторитарных государств и, прежде всего, России Украина — это полигон. Этот полигон должен дать авторитарной власти понимание того, что делать, чтобы ликвидировать малейшую угрозу, если подобное случится у себя. Открыть окно? Нет, конечно. Применить силу? Да, но когда и какую силу — спецназ или армию? Авторитарные лидеры, глядя на Януковича, конечно же, делают свои выводы о том, чего они не будут делать ни при каких обстоятельствах и что они будут делать обязательно, чтобы не допустить собственный Майдан. По крайней мере, все последние маневры Кремля, несомненно, реакция и на Майдан либо преимущественно на Майдан. Коль скоро само российское общество пока не доставляет российской власти беспокойства.

Сегодня мы наблюдаем за Украинским Прологом. История Майдана далеко не закончена. Возможно, она только начинается. Но то, как ведут себя внешние по отношению к Украине силы, делает украинскую историю более мучительной. А последствия украинской истории для окружающего мира все более непредсказуемыми…

 

 На фото: Визит верховного представителя ЕС Кэтрин Эштон в Киев

 

Фотография ИТАР-ТАСС












  • Владимир Фесенко: Никаких политических последствий у этого не будет, в президентскую команду Саакашвили не возьмут... Гела Васадзе: В ближайшие месяцы в Украине будет очень интересно.

  • "Эхо Москвы": Зеленский может еще и сам не понял, что сделал. Он выпустил – точнее, впустил обратно мощного джинна.

  • Рыклин Александр: Знаете, если вдруг Зеленский назначит его премьером... это будет для нас радостное событие хотя бы потому, что вся кремлевская шушера изойдет на говно...  А Норкина опять упекут в психушку...

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Возвращение символа
30 МАЯ 2019 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Если российскому телеведущему отрубить голову, то он еще три часа будет говорить об Украине. Эта грубоватая шутка из интернета доказала свою справедливость в день прибытия в Киев Михаила Саакашвили. Фамилия бывшего грузинского президента не звучала только из утюга. Российские мастера телепропаганды, опасающиеся разносить в пух и прах только что избранного президента Владимира Зеленского, радостно обвинили его в русофобии, авторитаризме и выполнении заданий «вашингтонского обкома», напомнили о войне 2008 года и конечно же о жевании галстука. Справедливости ради заметим, что триумфальное возвращение Саакашвили вызвало откровенное раздражение не только в Москве, но и в Тбилиси.
Прямая речь
30 МАЯ 2019
Владимир Фесенко: Никаких политических последствий у этого не будет, в президентскую команду Саакашвили не возьмут... Гела Васадзе: В ближайшие месяцы в Украине будет очень интересно.
В СМИ
30 МАЯ 2019
"Эхо Москвы": Зеленский может еще и сам не понял, что сделал. Он выпустил – точнее, впустил обратно мощного джинна.
В блогах
30 МАЯ 2019
Рыклин Александр: Знаете, если вдруг Зеленский назначит его премьером... это будет для нас радостное событие хотя бы потому, что вся кремлевская шушера изойдет на говно...  А Норкина опять упекут в психушку...
Начало славных дел или слов Владимира?
23 МАЯ 2019 // ВАДИМ ЗАЙДМАН
Итак, инаугурация Владимира Зеленского стала его первым шоу на посту президента Украины. Премьера прошла с успехом. Публика беснуется: та ее часть, которая болеет за Украину и верит в Зеленского — от восторга, недоброжелатели, пропагандоны разных мастей и наверняка сам Путин Владимир Владимирович — от бессильной злобы. Можно не сомневаться, что эта злоба президента России еще конвертируется в какую-нибудь гадость. Публика со смаком обсуждает подробности шоу: пешком шел на инаугурацию, общался с народом — простой, как Голобородько, чиновникам порекомендовал не вешать в кабинетах его портреты… «Никогда такого не было!», «Это невероятно!», «Вот это да!» — такова примерно реакция не веривших поначалу своим глазам и ушам зрителей, от восторга на какое-то мгновение прекративших даже поглощать попкорн.
Путин vs Зеленский как Кащей Бессмертный vs Иван-Царевич
21 МАЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
«Невозможно поверить своим глазам!». По-моему, этот возглас лучше всего описывает те чувства, которые, надеюсь, не один я испытывал, наблюдая за процедурой инаугурации нового законно избранного президента Украины: от умопомрачительного прохода вдоль толпы демонстрантов, когда Зеленский то пожимает руки, то делает селфи с какой-то девочкой, то подпрыгивает, чтобы поцеловать соратника ростом много выше его самого. Но и ушам своим невозможно было поверить в тот день! Чего стоит одна только эта реплика из его инаугурационной речи: «Я очень хочу, чтобы в ваших кабинетах не было моих изображений. Потому что президент — не икона, не идол, президент — это не портрет. Повесьте туда фотографии своих детей и перед каждым решением смотрите в глаза им».
Прямая речь
21 МАЯ 2019
Георгий Чижов: Роспуск правительства и Рады напоминает попытку сразу взять всю полноту власти, и это пугает.
В СМИ
21 МАЯ 2019
РИА Новости: Вступивший в должность президента Украины Владимир Зеленский заявил о досрочном роспуске Верховной рады.
В блогах
21 МАЯ 2019
Александр Кучер: Жду суть: я хочу развернуть «обертку» и попробовать шоколад на вкус. Я хочу первых высказываний по делу; хочу качественных назначений; хочу убедится, что начатые реформы не будут заброшены...
«Слуги народа» рвутся на службу
20 МАЯ 2019 // ВАДИМ ЗАЙДМАН
Кажется, мои предположения, высказанные сразу после победы Владимира Зеленского во втором туре, о том, что он будет выстраивать свое президентство как большое всеукраинское шоу, начинают сбываться. А как иначе можно расценить намерение избранного президента распустить Верховную раду и назначить досрочные, точнее, очень срочные (от слова «срочно») парламентские выборы? Когда до выборов очередных, срочных (в смысле «в срок»), осталось всего-то пять месяцев? Даже если это намерение конституционное (а судя по всему, нет) — кому это надо?