Итоги года
25 июня 2019 г.
Амбиции и амуниция
9 ФЕВРАЛЯ 2016, АЛЕКСЕЙ МАКАРКИН

Михаил Златковский

Главная проблема политики российской власти – принципиальное расхождение свойственных ей внешнеполитических амбиций и находящейся в ее распоряжении амуниции.

Правда, внутриполитические условия для ее деятельности в прошлом году были весьма благоприятны. Рейтинг одобрения работы Владимира Путина на посту президента в прошлом году достигал заоблачных 90%, вслед за ним выросла поддержка и всех институтов власти. Эйфорическое состояние общества ярко выражалось в соотношении тех, кто считает, что дела в стране идут в правильном направлении (оптимистов), и тех, кто считает иначе (пессимистов). В июне 2015 года их соотношение, согласно исследованию Левада-центра, составляло 64 к 22 – и это в условиях нарастающих социально-экономических проблем. Во втором полугодии число оптимистов снижалось, но незначительно – людям не хотелось расставаться с надеждами на то, что вот-вот появятся первые признаки окончания кризиса.

Однако в январе нынешнего года произошло сильное падение оптимизма россиян. Количество тех, кто считает, что дела в стране идут в правильном направлении, за месяц снизилось на 11 пунктов – с 56 до 45%. Эта цифра практически соответствует количеству оптимистов, зафиксированному накануне присоединения Крыма – в январе 2014 года (43%). Число пессимистов также увеличилось, хотя и в меньшей степени – на 7 пунктов – с 27 до 34%. Это существенно меньше, чем в январе 2014-го, когда количество пессимистов примерно соответствовало числу оптимистов и достигало 41%. В то же время часть недавних оптимистов на сегодняшний момент перешла в число неопределившихся (оно увеличилось на 5 пунктов – с 16 до 21%). После патриотического подъема 2014 года им психологически сложно заявить о полной утрате оптимизма – похоже, что они еще надеются на позитивные изменения.

Президентский рейтинг остается на высоком уровне (82%), но сильно «просели» рейтинги региональной власти (они упали на более низкий уровень, чем в январе 2014 года) и традиционно непопулярной Государственной думы (число одобрящих ее деятельность на 15 пунктов меньше, чем осуждающих). Количество одобряющих и неодобряющих деятельность правительства примерно сравнялось, что существенно лучше, чем в январе 2014-го, но все равно тревожно для кабинета министров.

Хотя «крымская» эйфория ушла, доверие к телевизионным новостям падает (с марта 2014-го по ноябрь 2015-го – с 50 до 41%), население все более подвержено пессимизму и тревожится по поводу состояния своего холодильника, однако отказаться от мечты о «вставании с колен» россияне не готовы. Слишком сильным является чувство возвращения величия страны, которое сейчас понимается россиянами преимущественно как возможность поступать на международной арене по образцу Джорджа Буша-младшего, то есть широко использовать силовой ресурс для достижения геополитических целей. Впрочем, США не справились тогда с ролью единоличного мирового лидера, несмотря на куда более мощный набор имеющихся в их распоряжении ресурсов, чем те, которыми сейчас располагает Россия. Но об этом общество предпочитает не задумываться.

В то же время подавляющее большинство россиян не готовы идти на сколько-нибудь значимые жертвы для достижения великих целей – по оценкам, к ним готовы 10-12% населения. Мобилизовать народ на масштабные свершения не удастся. В частности, общество, хотя и позитивно относится к использованию военной силы против врагов, но боится затяжной войны. Оно одобряет два вида военных действий – либо бескровный «освободительный поход» (присоединение Крыма), либо «телевизионная картинка» (как ракеты с Каспия, разящие террористов в Сирии). Но не более того.

Как представляется, количество пессимистов в нынешнем году будет расти, так как «подарков» у государства для патерналистски настроенного общества практически не остается. Даже в год выборов пенсии предполагается проиндексировать всего на 4% – на большее средств нет. Впрочем, к концу лета могут «подбросить» еще, но догнать инфляцию вряд ли удастся – поэтому всплесков оптимизма может быть все меньше и они будут все слабее. Кроме того, будет уменьшаться надежда на то, что из кризиса удастся выйти в относительно короткие сроки.

Но такое состояние общества вряд ли скажется в 2016 году на политической системе. Люди не хотят выходить на улицы, причем сразу по трем соображениям. Первое – страх того, что в России будет «как в Украине, Сирии, Ливии», то есть начнется стрельба. Второе – неверие в способность добиться реальных перемен. И третье – ужесточившееся законодательство, грозящее участникам митингов не только резко повышенными штрафами, но и уголовным преследованием (и прецедент такой «посадки» уже есть – «дело Ильдара Дадина»). В этой ситуации люди будут, как в советское время, дебатировать на кухнях (в соцсетях это делать все более рискованно) и, как в 90-е годы, урезать расходы и пытаться искать подработки. А на протестные акции по экономическим вопросам способны лишь локальные группы (такие как дальнобойщики, выступившие в 2015 году против системы «Платон», или работники отдельных градообразующих предприятий).

Рост протестных настроений может использовать на думских выборах парламентская оппозиция, которая действует в рамках «крымского консенсуса», предусматривающего единство в области внешней политики, безопасности и «борьбы с экстремизмом» (то есть с теми, кто в этот консенсус не вписывается). Она не критикует президента, но по максимуму играет на недовольстве курсом правительства – тем более что «единороссовский» список возглавит премьер Медведев.

Таким образом, можно говорить о том, что общество не готово идти против власти, но оно все более погружается в депрессию. А ситуация с экономической амуницией, то есть с базой для проведения амбициозной внешней политики выглядит еще более проблемной. Времена даже умеренного стабильного роста ВВП остались в прошлом (а для нормального развития России как развивающегося рынка нужен рост, существенно превышающий европейский, – примерно 5-7%). При нынешних ценах на нефть Резервный фонд может быть израсходован уже в 2016 году. А оснований для их быстрого роста не наблюдается – Саудовская Аравия демпингует на европейском рынке, Иран после снятия санкций собирается резко нарастить нефтяной экспорт. ОПЕК в ее нынешнем виде все менее способна играть регулирующую роль – как из-за внутренних противоречий, так и в связи с напряженными отношениями с производителями, в организацию не входящими и ее правилам не подчиняющимся. А все слова о диверсификации и импортозамещении не влияют на ситуацию в экономике (что неудивительно – даже Ирану с его Стражами исламской революции и мощным религиозным мобилизующим фактором не удалось создать эффективный импортозамещающий сектор в период санкций).

Герман Греф говорит о самом масштабном банковском кризисе за 20 лет – и, действительно, рушатся не только «прачечные», но и известные банки с многолетней историей (Пробизнесбанк, «Российский кредит», Внешпромбанк). Снят неформальный запрет на банкротство системообразующих компаний в ключевых отраслях – первым примером стала авиакомпания «Трансаэро». И это, похоже, только верхушка айсберга – многие банкротства вскрывают махинации с отчетностью, которые приводили к тому, что уже нежизнеспособные структуры продолжали выглядеть вполне нормальными (своего рода «эффект зомби»). Так что в следующем году, вполне возможно, будут новые печальные сообщения такого рода.

Разговоры о реформах (хотя бы экономических) упираются в две проблемы. Первая – нежелание идти на непопулярные меры, такие как повышение пенсионного возраста, до президентских выборов 2018 года. Вторая – огромная роль силового лобби, препятствующего любому действенному ограничению контролируемых им ресурсов. Поэтому возможны технические улучшения в отдельных сферах, которые, однако, вряд ли окажут серьезное влияние на деловой климат.

Не лучше ситуация и с союзниками на международной арене – точнее говоря, с их отсутствием. Если у СССР хотя бы были партнеры по Варшавскому договору и СЭВ, то сейчас участники пророссийского альянса ОДКБ не торопятся поддержать Россию в конфликте с Эрдоганом. О «повороте на Восток», популярном в 2014 году, сейчас предпочитают не говорить – Турция стала врагом, а Китай оказался трудным переговорщиком, не собирающимся авансировать российские проекты (даже выгодную ему «Силу Сибири»). К негативным для себя переменам в Латинской Америке (поражение кандидата-перониста на президентских выборах в Аргентине, разгром чавесистов на парламентских выборах в Венесуэле) Россия оказалась явно не готова. Попытки делать ставки в Европе то на Орбана, то на мадам Ле Пен, то на Ципраса выглядели импровизациями, которые по разным причинам быстро рассыпались. Но главное – страна обращена в прошлое, гордится великой историей, нравственностью и духовностью и становится все менее интересной для партнерства в современном мире – пожалуй, это еще большая проблема, чем санкции и антисанкции.

Таким образом, в России наблюдаются снижение общественного оптимизма, трудная вынужденная адаптация населения к кризису, экономическая депрессия и отсутствие союзников. И нет оснований полагать, что в нынешнем году ситуация серьезно изменится – напротив, ситуация будет осложняться и далее. Так что разрыв между амбициями и амуницией в полной мере сохранит свою актуальность.

Автор — первый вице-президент Центра политических технологий












  • Аркадий Дубнов: ... как сообщил президент, страна получила прекрасный подарок к Новому году, замечательную ракету «Авангард», подобной которой ещё долго ни у кого не будет

  • Meduza: Год 2018-й в фотографиях: акции оппозиции, чемпионат мира, автомобиль в космосе и гениальный Бэнкси

  • Виктор Шендерович: Надежд на 2019 год в общественном смысле очень немного...
РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Итоги года. Симфония гудков
18 ЯНВАРЯ 2019 // ДМИТРИЙ ПЕТРОВ
О русских форумах в ЕвропеЭтой осенью Будва, Прага и Вильнюс приняли сотни «глобальных русских», живущих в России и вне, – художников, политиков и экспертов. При всей несхожести этих встреч, их роднили цели: свобода, творчество и благо страны.Осень была неспокойной. Сбитый ИЛ-20. Атаки на Израиль. Поставки Сирии систем С-300. Маневры «Восток-2018». Захват украинских судов. Арест Льва Пономарева. Ту-160 в Венесуэле… Таков фон пяти русских форумов, прошедших в минувшие три месяца за рубежом. Это не удивляет. Неприязнь властей к инакомыслию уже почти два века мешает россиянам обсуждать острые проблемы дома. Да и организаторы – Марат Гельман, Гарри Каспаров, Антон Литвин, Жанна Немцова и Михаил Ходорковский – живут вне России.
Итоги года. Транзит 18–19
13 ЯНВАРЯ 2019 // СЕРГЕЙ ШАРОВ-ДЕЛОНЕ
Об уходящем полагается говорить либо хорошо, либо ничего. А потому нам бы ничего не говорить. Но это нам — в мире много чего напроисходило такого, что его поменяет, видимо, очень круто, просто еще непонятно как. Не само по себе происходило — человеческими усилиями и человеческими же мозгами. Совершенно невероятные прорывы (куда еще они приведут, вопрос, конечно) в генетике и генной инженерии, в астрономии и астрофизике, в археологии, давно переросшей саму себя и ставшей мультинаучной дисциплиной, в технике и технологиях, в экономике и даже в политике. Вот уж где устоявшийся левый порядок казался незыблемым, а праволиберальный дискурс навсегда отошедшим в мир преданий, но...
Итоги года: заметки издалека
8 ЯНВАРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР ОСОВЦОВ
Я понимаю, что читатели ЕЖа ждут подведения итогов, прежде всего, российского года. Но, должен признаться, что 2018 был первым годом в моей уже не такой короткой жизни, когда я в России не был вообще, поэтому могу говорить об итогах года применительно к ней, исходя из медийного контекста, за которым, признаюсь, следил ежедневно, общения с друзьями и близкими и собственных соображений, возникавших в процессе этих занятий. Вероятно, кому-то покажется поверхностным и чрезмерно отстраненным то общее ощущение, которое я могу выразить любимым русским словом железного канцлера Бисмарка — "ничего". То есть понятно, что в России каждый день что-то происходило, новостные ленты исправно функционировали, иногда случались события, вызывавшие бурю эмоций, но, по моему мнению, ни одно из них по своему содержанию не было качественно новым.
Книга итогов
8 ЯНВАРЯ 2019 // СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ
Мы столько уже написали «итогов» за эти восемнадцать лет, что впору издать «Книгу итогов». И я вам скажу, что это будет интереснейшая книга. Настоящая «Книга жизни». Или, возможно, «Книга мертвых», как в ужастике, если смотреть на нее глазами пессимиста. Со своей стороны, однако, я бы предложил в нее включить сепарированно две группы итогов. Одна группа – итоги победительные, а вторая – итоги апокалипсические. И чтобы первые шли от первой страницы к концу, а вторые – от конца к первой, и где-то к середине чтоб встречались, как в книжке у Акунина.
Итоги года. Как остаться?
7 ЯНВАРЯ 2019 // НИКОЛАЙ СВАНИДЗЕ
Год 2018 год, если обозревать его с гордой высоты кремлевских башен, стартовал удачно, с убедительной и легкой победы Владимира Путина на очередных выборах. Но финишировал тоскливо и вполне безнадежно. Рейтинги идут вниз, не быстро, но планомерно. По сути, речь идет только об одном, главном, рейтинге. Об остальных, как личных, так и институциональных, давно говорить не приходится. В этом тренде на понижение сработал ряд факторов. От пенсионной реформы, которая разозлила людей не только своим грабительским, но и оскорбительным характером (не посоветовались, не уважили, т.е. наплевали), до разочарования во внешней политике.
Итоги года. РПЦ без УПЦ, но с трофейным оружием
7 ЯНВАРЯ 2019 // СВЕТЛАНА СОЛОДОВНИК
В церковной жизни за последний год произошли глобальные перемены, но все они связаны в основном с межцерковными отношениями, а если брать ситуацию внутри Русской церкви, то тенденция не изменилась: церковь продолжает интегрироваться в государство и уже слилась с ним почти до неразличимости, тогда как тело собственно церкви неуклонно усыхает. Не так давно многие были шокированы присутствием патриарха Кирилла на коллегии Министерства обороны, но это что — ритуально посидел и ушел, — в каждодневной жизни происходят процессы куда менее заметные, но по своим последствиям для общества куда более важные.
Итоги года. Медиафрения. Великая российская стена и Великий украинский ров с крокодилами
6 ЯНВАРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Главный процесс 2018 года — это продолжающийся распад Российской империи. Принято считать вехами такого распада 1917-й и 1991-й, то есть утрату территорий и соответствующее изменение внешних границ. Но распад — это не только вехи, но и процесс, а империя (тут еще и специфика Российской империи) — не только захват чужих территорий, но и обращение власти с собственным населением, то, что Ключевский называл внутренней колонизацией. И в этом смысле отмена крестьянского рабства в 1861 году и отмена колхозного рабства в 1974-м — такие же вехи распада империи. В медийной сфере процесс распада империи проявился в создании новых и укреплении старых перегородок...
Итоги года. Наступающий Год Холодильника
5 ЯНВАРЯ 2019 // СЕРГЕЙ БОГДАНОВ
Коллега на работе замечательно сказал: «Не хочется заниматься ревизией уходящего года. Удивительно хорошее, предпраздничное настроение сейчас». Прекрасно понял человека, учитывая, что тому на днях довелось посмотреть всю пресс-конференцию Владимира Владимировича. Которая, выпав на последнюю треть месяца, для многих наших сограждан итоги года и подвела. Совсем немного уже осталось до самого главного праздника страны; там шампанское и запах мандаринов. Сначала искрящиеся эстрадные артисты, кинокомедии — после обращения президента. Тут, конечно, проявится главная закавыка обывательской жизни простого россиянина.
Итоги года. Контактный зоопарк
4 ЯНВАРЯ 2019 // АНТОН ОРЕХЪ
Каждый год мы подводим итоги. И каждый год пишем примерно одни и те же слова. Со свободой как таковой стало еще хуже. Со свободой прессы, в частности, стало еще хуже – причем, настолько, что пресса вымирает как класс, превратившись или в официантку с откляченной задницей, готовую услужить, или в девушку «с пониженной социальной ответственностью», готовую обслужить. С правами человека стало еще хуже, с демократическими институтами и правосудием стало еще хуже. Изоляция крепчает вместе с маразмом. А люди в обычном бытовом смысле живут трудно, как никогда в этом веке.
Украина: итоги 2018, предсказуемые и непредсказуемые
3 ЯНВАРЯ 2019 // ИННА БУЛКИНА
Здесь предсказуемо нужно было бы писать о безусловных внешнеполитических достижениях — о томосе и безвизе. И о столь же безусловных внутриполитических проблемах — о войне, которой не становится меньше. Ее становится только больше, как и украинских заключенных в российских лагерях и тюрьмах. О судах и коррупции, о предвыборных шоу, главный смысл которых в том, что новой реальной оппозиции и нового постмайданного поколения политиков у нас так и не появилось и в старые игры играют все те же старые клоуны: «Я гарантирую снижение цены на газ в 2 раза!», «А я угадаю эту мелодию… нет, простите, а я гарантирую снижение цены на газ в 4 раза!», «Папа просил передать вам всем, что театр закрывается».

 

Материалы по теме

Итоги года. Спецслужбы // АНДРЕЙ СОЛДАТОВ, ИРИНА БОРОГАН
Итоги года. Подвижка в пейзаже // ВИКТОР ШЕНДЕРОВИЧ
Итоги года. Рождественская история // МАКСИМ БЛАНТ
Итоги года. Осень дворового хулигана // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Итоги года. Помочь себе и стране // СЕРГЕЙ КАРАГАНОВ
Итоги года. Меланхоличное: размышления о 2013 годе // ГЕОРГИЙ САТАРОВ
Новогоднее «поздравление» // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Прямая речь //
В блогах //
В СМИ //