Путин как всеобщий «доктор Зло»

ТАСС

Британский премьер Дэвид Кэмерон заявил, что Владимир Путин и лидер террористической группировки «Исламское государство» Абу Бакр аль-Багдади были бы счастливы, если бы Британия покинула Евросоюз. В Кремле попытались иронизировать. Путинский толмач Песков заявил, в Кремле «уже привыкли к тому, что российский фактор является одним из устойчивых инструментов в электоральной кампании в США». Но «использование российского фактора или фактора президента Путина в теме Вrexit (этой аббревиатурой обозначают возможный выход Британии из ЕС)» было-де новым для российского руководства.

Справедливости ради замечу, что Кэмерон безусловно прав. Если Великобритания и в самом деле уйдет из Европейского союза после июньского референдума, в Кремле, конечно, будут ликовать. ЕС в этом случае покинет один из самых жестких путинских оппонентов, последовательный сторонник санкций в отношении Москвы. Но я сейчас о другом. Песков, отдадим ему должное, увидел действительно нарастающую на Западе тенденцию. Путин все чаще входит в стандартный набор злодеев, противников свободы и демократии, который время от времени используется в прессе и выступлениях политиков. Никого уже не удивляет, когда он в этом списке через запятую следует после лидера террористического «Исламского государства». Чем дальше, тем больше он становится этаким «доктором Зло», воплощением всего самого скверного, превращается в образ, который используется в пропагандистских целях.

С одной стороны, можно сказать, что Владимир Путин с подчиненными долго и последовательно за это боролись. Ведь еще сравнительно недавно российские начальники с кислыми рожами жаловались, что их позицию игнорируют, их мнение не замечают на международной арене. А теперь – совсем другое дело. Ну, кто после Крыма и Донбасса рискнет не обратить внимание на то, что говорит тов. Путин В.В. Представители самых разных профессий буквально с лупой в руках вчитываются в каждое его слово. Так же, как заокеанские советологи изучали когда-то брежневские «сиськи-масиськи».

Не так давно я слушал одного западного эксперта, который на полном серьезе говорил о российском ядерном потенциале так, как если бы договора СНВ не существовало вовсе – он вел речь о тысячах и тысячах боеголовок, как будто вернулся в начало 70-х годов прошлого века. На свой недоуменный вопрос относительно того, на чем такие подсчеты основываются, я получил ответ, что нет смысла учитывать договоры, если Россия их не соблюдает. И с этим не поспоришь.

Мы действительно подошли к переломному моменту в отношениях с окружающим миром. На Западе уже никто не дискутирует на тему, вынашивает или нет Россия агрессивные замыслы, все обсуждают, как именно она эти планы реализует. Отставные военные в открытых докладах (а действующие штабные работники – в закрытых) чертят стрелы на картах, указывая, как только что созданная 1-я гвардейская танковая армия будет брать Прибалтику. И вот уже один за другим появляются аналитические доклады — последний из них «Closing NATO’s Baltic Gap», — авторы которых настаивают, что у НАТО недостаточно сил, чтобы защитить Прибалтику в случае российского вторжения. Причем, повторю, никто уже не спорит, возможно такое вторжение или нет. Владимир Путин долго работал над тем, чтобы доказать свою непредсказуемость и безбашенность. Следует констатировать, он достиг здесь немалых успехов.

Только Запад не забился испуганно в норку, как ожидали в Кремле. Там точно по Бисмарку, так любимому Путиным, начали в оценке намерений Москвы исходить не из договоров, ею подписанных, а из возможностей России. Причем сейчас эти возможности очевидным образом завышаются. Так было во время первой «холодной войны», частью которой была гонка вооружений. Именно она, а не «Першинги» с «Томагавками» уничтожила СССР.

Ну, а пока что главный начальник может радоваться своей всемирной славе, обсуждая с индонезийским лидером перспективы закупок пальмового масла…


Фото Александра Мудрац/ТАСС













  • Михаил Бергер: Пользы от выхода из ОПЕК я не вижу. Возможности наращивать добычу исчисляются несколькими процентами, а снижение цены на 20-30% бьёт несопоставимо больнее.

  • "Ведомости": Геополитические ценовые войны ведут государства, а проигрывают обыватели

  • Никита Белоголовцев: Учитывая, что Сечин обваливает рубль как минимум во второй раз, у них явно что-то личное

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Мы рождены, чтоб кризис сделать былью
10 МАРТА 2020 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Сердце переполнено законной гордостью. Ведь можем, можем, если захотим. Мы не только в состоянии сжечь планету в ядерном пламени, о чем регулярно напоминает «контрпартнерам» Владимир Путин. Мы еще можем вот этими самыми, заскорузлыми, с рождения не мытыми ручонками мировой экономический кризис произвесть. 6 марта, как известно, Россия привела в шок нефтедобывающие государства и, прежде всего Саудовскую Аравию, отказавшись участвовать в ОПЕК+ — добровольном ограничении добычи (что даже в условиях спада, вызванного эпидемией коронавируса, позволяло держать приемлемые цены). Цель выхода Москвы из соглашения была прямая и ясная...
Прямая речь
10 МАРТА 2020
Михаил Бергер: Пользы от выхода из ОПЕК я не вижу. Возможности наращивать добычу исчисляются несколькими процентами, а снижение цены на 20-30% бьёт несопоставимо больнее.
В СМИ
10 МАРТА 2020
"Ведомости": Геополитические ценовые войны ведут государства, а проигрывают обыватели
В блогах
10 МАРТА 2020
Никита Белоголовцев: Учитывая, что Сечин обваливает рубль как минимум во второй раз, у них явно что-то личное
Фантомная любовь к «Ялте»
17 ФЕВРАЛЯ 2020 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
В Мюнхене прошла очередная международная конференция по безопасности, которую иногда называют военно-политическим Давосом. Настроения, царившие в эти дни в баварской столице, радужными уж точно не назовешь. Обзор состояния дел в мире, который организаторы готовят к конференции, на сей раз получил название «Westlessness», что можно перевести как «Беззападность». «Мир становится менее западным. Но что еще важнее, менее западным становится сам Запад. Это то, что мы называем "беззападностью"», — с горечью констатируется в докладе. Действительно, ныне коллективный Запад с его институтами и ценностями оказался в глубоком кризисе. 
Прямая речь
17 ФЕВРАЛЯ 2020
Сергей Цыпляев: Разговоры о кризисе всегда гораздо лучше продавались, чем разговоры о чём бы то ни было другом. Не думаю, что это свидетельство какого-то всеобъемлющего кризиса...
В СМИ
17 ФЕВРАЛЯ 2020
«Ведомости»: Заявления президента Турции призваны отвлечь внимание от наращивания турецких сил в Сирии, считают в Москве.
В блогах
17 ФЕВРАЛЯ 2020
serfilatov: Судя по всему, дав такую мощную подачу в Докладе, организаторы Конференции ожидали адекватного ответа политиков...
Россия – Беларусь. Очередной раунд взаимного шантажа
10 ФЕВРАЛЯ 2020 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В самом конце минувшей недели в Сочи прошли многочасовые переговоры между братским руководством двух братских народов. Еще за несколько дней до намеченной встречи Александр Лукашенко принялся, как мог, разогревать публику. В частности, белорусский лидер заявил, что предстоящая встреча «в верхах» – «момент истины». Почему именно так и о какой, собственно говоря, «истине» речь, Александр Григорьевич в разговоре с журналистами уточнять не стал. Просто многозначительно пыхтел и закатывал глаза – дескать, не маленькие, сами должны понимать. В Москве вели себя сдержаннее, излишнего драматизма старались избегать...
Прямая речь
10 ФЕВРАЛЯ 2020
Алексей Макаркин: Россия и Беларусь обречены быть рядом, это касается и нефтяных поставок, и привлекательности российского рынка для белорусских товаров.