Что делать?
26 марта 2019 г.
В стране победившего ресентимента
20 СЕНТЯБРЯ 2018, МИХАИЛ ЯМПОЛЬСКИЙ

ТАСС

Дайджест статьи: Михаил Ямпольский.
В стране победившего ресентимента // COLTA.RU. 6.10.2014

Изменение сознания широких масс россиян за последние десятилетия  внушает ужас. Происходит вулканический рост агрессивности  и отказ от признания реальности, погребенной под идеологическими фантазиями. Подобные явления обычно списывают на  обработку народа официальной телевизионной пропагандой. Это многое объясняет, но не все. Не любое общество можно распропагандировать в короткие сроки и до такого состояния. Чтобы пропаганда была эффективной, она должна соответствовать бессознательным устремлениям населения.

Фридрих Ницше называл ресентиментом чувства, характерные для рабов и крепостных, которые, в силу своего положения, ничего не могут изменить в окружающем мире. «Моральное восстание рабов начинается с того, что ресентимент  становится творческим и порождает ценности: это мораль существ, которые не способны к реакции, выразившейся  в поступке. И рабы вознаграждают себя воображаемой местью. В то время как всякая благородная мораль произрастает из торжествующего “Да”, сказанного самому себе, мораль рабов с самого начала говорит “Нет” “внешнему”, “иному”, “чужому”. Это “Нет” и оказывается ее творческим деянием... Для своего формирования мораль рабов всегда нуждается, прежде всего, в противостоянии с внешним миром, говоря языком физиологии, нуждается во внешних раздражениях, для того чтобы действовать. Ее  акции исходно является реакцией» (Фридрих Ницше «К генеалогии морали» 1887).

Если мир не поддается физическому воздействию, то рабы уничтожают его в своем воображении. Просто отрицают его существование. Ницше указывал на связь ресентимента с религией рабов – с христианством, которое в отличие от язычества, мыслилось в категориях райской утопии. Точно так же коммунистическая утопия вписалась в стратегию ресентимента, ориентированную на отрицание реальных рыночных отношений, сложившихся  между людьми.

Отказ от реальности в современной России связан с чувством беспомощности людей, не способных изменить жизнь своей страны и даже своей семьи. Власть, защищаемая национальной гвардией и прочими силовиками, кажется непоколебимой. СМИ только подбрасывают сказки и суждения о «происках Запада», которые усиливают  «рабский» негативизм, как-то помогает людям преодолеть чувство своей  униженности.

Особенность российской ситуации в том, что все общество, от Путина до последнего стрелочника, является носителем ресентимента (как воображаемой мести) всему  развитому миру. Для Путина его истоком является непризнание его и России равными и уважаемыми игроками на мировой арене. Для простого гражданина – его беспомощность перед лицом полиции, чиновников, судов и бандитов. Ресентиментные фантазии власти вошли в резонанс с ресентиментными фантазиями обывателей.

Авантюра на Украине стала не агрессией, нарушившей международный договор о ядерном разоружении Украины и неприкосновенности ее границ, а «благородной войной» против воображаемых фашистов. Международная изоляция превратилась во «вставание с колен», утверждение России в ранге «великой державы». Упадок экономики и падение доходов населения – «ростом стабильности». И даже люди, далекие от фантазий воображаемой мести, но напуганные  трагическими изменениями в нашем обществе, пытаются отрицать реальность или закрывать на нее глаза. Ведь сами они не в силах ничего изменить. Наше общество сегодня в состоянии тяжелой болезни.

 Потеря реальности и кризис институтов

Российская власть в лице Путина, виновная в отчуждении граждан от любой формы влияния на события и решения, оказывается не жертвой происходящих психологических метаморфоз, а их выгодоприобретателем. Отчуждение граждан от воздействия на реальность происходит на двух уровнях и связано с кризисом институтов. Для обывателей  кризис выражается в извращении функций правоохранительных органов и суда. Они уже не защитники от правонарушителей, а сами преступники или их соучастники, разгоняющие мирные митинги протеста, подвергающие  заключенных пыткам и назначающие сроки по надуманным обвинениям. Кризис наглядно проявляется и в разрушении привычных для обывателей систем образования  и здравоохранения.

На другом уровне кризис проявляется в постепенном обессмысливании национального суверенитета. В условиях глобализация экономики такая тенденция характерна для всего мира. Над национальными территориями и суверенитетами движутся капиталы, товары, идеи, услуги и т.д. Глобализация принесла не только доходы, но и сложнейшие экологические, миграционные и финансовые проблемы. Решать их должны политики, чья власть простирается лишь на ограниченной территории их страны и над ее населением. Отсюда системный кризис институтов, тесно связанных с национальным суверенитетом. Отметим, что национальные  институты сегодня все более беспомощны во всех странах.

Российские власти, с одной стороны, хотят извлекать пользу из глобализации экономики, с другой – пытаются решать глобальные проблемы с помощью национальных институтов. Они наивно пытаются противопоставить мировым экономическим санкциям крайне неэффективные контрмеры, основанные на самоизоляции и импортозамещении. Как можно успешно развиваться нефтедобывающей стране, не имеющей  технологий глубокого наклонного  бурения? Как можно развивать электронику и вычислительную технику, интернет в отрыве от развитых стран?

Разочарование в суверенных институтах, ощущение их бессмысленности оборачиваются отказом следовать правовым нормам и процедурам на всех уровнях. Это видно на примере российской Госдумы – послушного псевдо парламента, принимающей людоедские законы, вроде закона Димы Яковлева. Это проявляется в стремлении местных властей «кошмарить» бизнес, собирая с него непосильные откаты. В итоге ресентимент становится «антиполитикой», классическое проявления которой – война, отвращение к любым формам гражданской активности и закону. Печально, но в России эта тенденция проявляется и в массах, и в  руководство страны. Попробуйте расспросить прохожих, что они знают о своих конституционных правах...

Как показывает опыт фашисткой Германии, «антиполитика» чревата ростом национализма и популизма, которые легко вырождаются в диктатуру и ведут к культу харизматического лидера, харизма которого питается явным и неявным нарушением Конституции, права, международных норм. У народа возникает парадоксальная иллюзия, будто национализм может решить наднациональные проблемы, а харизматический лидер страны способен решать проблемы, в которых увязали неэффективные бюрократические демократии. Национализм и популизм сегодня опереточны (как российские казаки) и неэффективны. Это отрицание реальности, но оно закрепилось в головах россиян.

Самый опасный продукт «антиполитики» – «государственность без государства». Органы власти вроде бы имеются, чиновники получают высокие зарплаты, но они не способны решить даже проблемы свалок и утилизации бытовых отходов, не говоря о достижении мировых темпов экономического роста. Происходит деградация экономики, общества, государства.

«Антиполитика» – не просто результат кризиса государства, а продукт ресентимента – воображаемой мести, свидетельствующей о  неспособности нашего народа и нашей элиты сегодня действовать позитивно. «Антиполитика» - это агрессивная реакция на внешний мир. Решения лидера страны проистекают не из законов и Конституции, а из его личного «нравственного» чутья, в котором проявляется его абсолютная суверенность. Он принимает решения не на основании подписанных Россией соглашений, а исходя «из  чувства справедливости: спасти русских от украинских притеснений, исправить несправедливость, совершенную Хрущевым в 1954 году. Его «моральная» политика при таком развороте просто  игнорирует правовые нормы.

 Тотальная ложь как принцип политики

Когда политика государства строится на тотальной лжи или отрицании очевидных фактов, возникает особый тип политики, которую успешно проводили Гитлер и Сталин. Ложь никогда не относилась к смертным грехам, она заняла негативное место в европейском сознании только с возникновением современной науки, претендующей на абсолютное знание объективной истины (с XVI–ХVII веков). Политика же никогда не обходилась без лжи.

Ситуация изменилась с изобретением рекламы, тотальной пропаганды и современных медиа. Стали возможны проекты конструирования мира в соответствии с воображением политиков. Стираются различия между ложью и реальностью. В массовом сознании происходит сдвиг, факты утрачивают реальность, даже смерть людей кажется чем-то мнимым… Такая метаморфоза сознания ведет к снижению гражданской активности, нарастанию в обществе инертности и безразличия.

Характерный пример. В 1971 году были обнародованы секретные документы, касающиеся войны во Вьетнаме. Из них следует, что Америка не преследовала материальных выгод для себя – ни приобретения новых территорий, ни экономических преимуществ. Она хотела утвердить образ «величайшей силы на Земле», «непобедимого защитника свобод и демократии». Хотя  никто и не оспаривал американского могущества. Полная несогласованность войны с реальностью обернулось поражением сверхдержавы от армии отсталой аграрной страны.

Нечто подобное происходит сегодня в России. Тотальная ложь породила у народа  веру в  фантазии. Власть, утратившая связь с реальностью, не способна решать насущные проблемы, она ввергла страну в саморазрушение государства и общества. Эти жертвы приносятся ради «сохранения лица» и создания образа «несокрушимой силы», «нам все санкции и весь мир нипочем». А угодливые СМИ делают все, чтобы загипнотизировать этим тех, кто того жаждет. Как остановить этот процесс, не доведя его до логического конца, к которому пришел Гитлер?

 

Дайджест подготовил Петр Филиппов

Фото: Руслан Шамуков/ТАСС












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Особенная идентичность
26 МАРТА 2019 // ВЛАДИСЛАВ ИНОЗЕМЦЕВ
«Россия как одна из тех стран, которые столетиями шли своим собственным путем, и как держава, на протяжении большей части ХХ века олицетворявшая наиболее заметную альтернативную версию истории, не могла не оказаться в центре дискуссии о “нормальности”. Но любые нормы подвижны, как изменчивы и общества, поэтому, если та или иная страна существенно выделяется на фоне прочих, ей не обязательно должен выноситься приговор ненормальности. Куда более важным, на мой взгляд, является вопрос о векторе развития», — пишет Владислав Иноземцев во введении в свою книгу «Несовременная страна. Россия в мире XXI века».
Зачем нам богатые предприниматели?
25 МАРТА 2019 // АЛЕКСЕЙ БОЛГАРОВ, ПЕТР ФИЛИППОВ
Вопрос совсем не праздный. Наш народ 70 лет жил с идей коммунизма (или хотя бы социализма «с человеческим лицом»). А за предпринимательство в СССР полагался тюремный срок. Полки наших магазинов были пусты, за всем стояли огромные очереди, а советское, как мы хорошо знали, не значило – отличное. Преимущества экономики, основанной на рыночных отношениях и частной собственности, доказаны мировым опытом. Там, где существуют правовые государства и есть реальные гарантии собственности, где у власти находятся не «опричники», а политики, выигравшие честные выборы в конкурентной борьбе, уровень жизни простых людей в разы выше, чем в любой социалистической или авторитарной (по сути – феодальной или корпоративной) стране, подобной России. Ни одно государство, сделавшее ставку на ту или иную форму общественной собственности на средства производства, в клуб «золотого миллиарда» до сих пор еще не попадало.
РФ как вертикаль власти плюс коррупция всей страны; есть ли выход?
24 МАРТА 2019 // ИГОРЬ ЧУБАЙС
Между рецензией и листовкой (Письмо из Москвы)        Вводя в тему. Читать ученые книги, да еще не из своей области исследований – занятие любимое не всеми. Но иногда чтение экономических трудов оказывается действительно полезным и не экономистам. К тому же в данном случае один из авторов новой, коллективной работы – «Экономика России: что происходит и что делать» – всячески рекомендовал мне свое исследование. И этого автора я знаю как самого лучшего специалиста по налоговой системе и ее реформированию. Сразу уточню, речь в книге идет не столько о налогах, сколько в целом об экономической политике и экономической ситуации в нашей стране.
Горизонтальная Россия. Германия как воплощение русской мечты
18 МАРТА 2019 // ДМИТРИЙ ГУБИН
Германия вообще очень похожа на воплощение русской мечты о справедливой жизни. Достаток, социальные гарантии, добротность быта без особых ухищрений: в биргартенах все сидят на общих скамьях за общими столами, хотя кое у кого есть лошади или самолет. Но главное — обилие горизонтальных общественных связей. Основа немецкой жизни — Verein, ферайн: общество, кружок, союз. Ферайны здесь всюду. Вот во дворике играет оркестр почтовых рожков: ферайн, никаких сомнений. Есть ферайны рыболовов и охотников, кукольных мастеров и меломанов, а я на днях получил приглашение прогуляться по ночному лесу при свете факелов (устраивает лесолюбный ферайн).
В российском государстве не должно быть самодержавия!
13 МАРТА 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Россия — государство авторитарное, самодержавное, с монопольной властью президента. Президент у нас мало чем отличается от царя. Но для большей части россиян авторитаризм, монархизм, диктатура, «карманный» суд и произвол власти — явления привычные, корнями уходящие в историю народа. Теплится у людей только надежда на чудо, на доброго царя-президента, который будет подписывать указы и законы не ради выгоды своих друзей и опричников, а для пользы простого народа. Но скромные авторитарные правители, думающие прежде всего о своем народе, как ЛИ Куань Ю, к сожалению, встречаются крайне редко.
Гражданский долг по нашему и по европейски
13 МАРТА 2019 // ГЕННАДИЙ ПОГОЖАЕВ
Российское общество много веков зиждется на пассивности людей, управляемых своекорыстной элитой. Те, кто пытался отстоять свои интересы, в глазах современников выглядели опасными смутьянами: что господам можно, то холопам запрещено. Существует представление, будто верховная власть – от Бога или, лучше сказать, наместник Бога на земле. При этом царь хороший, а бояре плохие. В России люди привыкли ругать власть на кухнях и писать царю челобитные.
Тернистая дорога к справедливому суду
12 МАРТА 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Как показывают исследования Левада-Центра, большинство россиян предпочитает иметь во главе страны правителя «от Бога» (не важно, как его называть — фараоном, царем или несменяемым президентом), не подчиненного ни парламенту, ни результатам выборов. Мы до сих пор не ушли от средневекового и советского сознания, живем в условиях «силовой цивилизации», где закон, «что дышло», а указание начальства важнее  закона. На страже авторитарного правления стоят многочисленные  «опричники» и суд, лояльный президенту.
Чему учить? Кому учить? Как учить?
4 МАРТА 2019 // ИОСИФ СКАКОВСКИЙ
Пожалуй, нет другого общественного института, которым люди были бы так недовольны на протяжении всей своей истории, как школа. Много ли в мировой литературе привлекательных образов учителей? Много ли взрослых, добрым словом поминающих школу, где они учились? Кого-то из  учителей ещё помянут добром, но школу… Много ли родителей, которые довольны школой, где учатся их отпрыски?
Почему одни страны богатые, а другие бедные. Часть IV (дайджест)
4 МАРТА 2019 // ГЕННАДИЙ ПОГОЖАЕВ
  Инклюзивные политические и экономические институты не появляются из ниоткуда. Часто они возникают на фоне серьёзного конфликта тех, кто поддерживает экономический рост, и тех, кто на тот момент обладает политической властью. Инклюзивные институты зарождаются при наступлении исторических точек перелома, таких как Славная революция в Англии — то есть тогда, когда определённые факторы приводят к ослаблению правящих кругов и усилению оппозиции и в результате возникают стимулы для построения более плюралистического общества.
Что творят наши правители?
1 МАРТА 2019 // ВАЛЕРИЙ СОЛОВЕЙ
«Что они творят?!» — весьма распространенная оценка действий российского руководства. Его поступки зачастую кажутся странными и непонятными не только широкой общественности, но и экспертам. Между тем, за ними стоит логика специфического стиля мышления, пусть даже изначальная аксиоматика этой логики кажется сомнительной. Итак, три источника и три составные части мышления правящей группы российской элиты: традиционная российская стратегическая культура; профессиональная социализация данной группы; индивидуальный профиль президента Путина и субкультура его ближайших соратников.